Борис Колесников: "Замены углю, думаю, не будет ближайшие 25-30 лет"

31 August 2017 - 14:52
Борис Колесников: "Замены углю, думаю, не будет ближайшие 25-30 лет"

Глава Оппозиционного правительства Украины объяснил, почему шахты должны быть частными, какой вред принесет их непродуманное закрытие, рассказал о недостатках угольного импорта, родителях-горняках и пребывании под землей.

 

27 августа Украина отметила День шахтера — один из самых главных профессиональных праздников в году для тысяч наших сограждан. К сожалению, не все сейчас просто в угольной промышленности в связи с событиями на Донбассе. Тем не менее отрасль живет и работает на экономику страны.

О сегодняшнем и завтрашнем дне угольной промышленности, ее перспективах и потребностях мы поговорили с видным бизнесменом и политиком, выходцем с Донбасса, главой Оппозиционного правительства Украины Борисом Колесниковым.

— Борис Викторович, насколько важна для Украины шахтерская отрасль, угледобыча? Каково ее влияние на экономику и вообще жизнь?

— Отрасль очень важна, причем как для металлургии, так и для энергетики. И то, что сейчас происходит, из-за известных событий, импорт углей в Украину, наносит по стране двойной удар. Первое: невостребованными остаются украинские угли, как следствие, украинские специалисты, страна в целом недополучает валовой продукт. Второе: на эти закупки тратится золотовалютный резерв страны, что негативно сказывается на экспортно-импортном балансе Украины. Импорт значительно превышает экспорт, а это путь в никуда.

— В каком состоянии шахтерская отрасль сейчас и что делать, чтобы помочь ей выйти на лучшие позиции?

— Сейчас, когда идет война, конечно, тяжело говорить о прогрессе, но, если брать нормальные времена, то шахты должны быть эффективными, высокопроизводительными и, как правило, частными. Эффективный собственник будет думать о развитии шахты, будет решать вопросы технологические, связанные с производством, и социальные, заботиться о жизни людей, их здоровье, досуге и проч.

Вы знаете, что сегодня есть сторонники того, чтобы вообще закрывать шахты под лозунгом их нерентабельности. К таким сторонникам есть три вопроса. Первый: где должны будут работать уволенные люди, специалисты, долгое время трудившиеся на высокотехнологических предприятиях с высоким уровнем доходов, как им кормить семьи? Второй: как быть с экологией, с теми последствиями, которые повлекут за собой подтопления шахт? Кто за эти последствия (а они будут точно негативными) станет отвечать? И третий: а где, собственно говоря, после закрытия шахт брать уголь? То есть мы возвращаемся к началу нашего разговора…

Все эти названные выше проблемы государство должно решать в комплексе.Даже высокоразвитые страны, такие как Великобритания, сталкивались на этом пути с трудностями: как с минимальными потерями закрыть нерентабельные производства и в то же время сделать максимально эффективными перспективные.

Сегодня украинские угольные частные предприятия нуждаются в кредитах для глубокой модернизации производства, что приведет к резкому росту заработной платы. Но это должны быть кредиты под нормальные, принятые во всем мире проценты, 3—5% годовых, как среднесрочные (3—5 лет), так и долгосрочные (5—8 лет). Тогда можно спасти большое число рабочих мест, вкладывать средства в геологоразведку, в итоге сделать угольную промышленность рентабельной и достаточно перспективной.

Насчет того, перспективна шахта или нет, может ли быть рентабельной, надо кропотливо считать. Шахта — та же фабрика или завод, только с достаточно сложными условиями производства. И не может быть "средней температуры по палате", каждое предприятие нуждается в конкретном глубочайшем анализе. Мы сделаем такой анализ. А власть, любая — нынешняя, будущая, — должна понимать, что угольное производство — это стратегическая отрасль, от которой напрямую зависит экономическая безопасность страны, а, значит, и национальная безопасность Украины. Потому недальновидными являются те политики, которые ведут разговоры, мол, шахты выгоднее закрывать, чем добывать в них уголь. Да, есть шахты совсем выработанные, но нельзя решать огульно, о чем уже говорил выше. Должна быть четкая программа, где найдется место каждому производству и каждому человеку.

Когда в Великобритании в 80-х проводили реструктуризацию угольной промышленности, даже премьер-министр Маргарет Тэтчер поначалу не обошлась без ошибок. Это тема для отдельного большого разговора, но вкратце скажу, что этот опыт нужно взять, изучить пошагово и стараться больше ошибок не допускать. Да и у каждой из высокоразвитых стран Запада нам есть чему поучиться, в том числе касательно угольной промышленности, было бы желание.